анонсы статьи
новости
25.5.2024
Ежегодное богослужение в память жертв политических репрессий

20.5.2024
В Ватикане изменили правила в отношении чудесных явлений

16.5.2024
Женщина, рожденная в результате суррогатного материнства, поддержала призыв Папы Франциска к его запрету

7.5.2024
В Италии набирает силу католическое движение «реконструкторов» в борьбе за «отпавшие от церкви» души

1.5.2024
Предпасхальный концерт в соборе Святой Марии в Санкт-Петербурге

26.4.2024
Христианские лидеры Африки отмечают 30-летие со дня геноцида в Руанде

22.4.2024
Совет кардиналов продолжил дискуссию о роли женщин в Католической Церкви

15.4.2024
В Исаакиевском соборе представили резную икону Божией Матери для незрячих

12.4.2024
Научная конференция в Санкт-Петербургском христианском университете

10.4.2024
СПбГУ запустил бакалавриат по «христианской теологии» с бюджетными местами
На одном крыле

Галина Сульженко, Санкт-Петербург

Как возникают песни? Есть простое объяснение: композитор плюс поэт (случается, что это один человек). Кто-то пишет музыку, кто-то стихи. Потом два творческих начала сливаются, рождается гармония. Или не рождается, но все равно песня. Люди подхватывают ее, напевают. Чаще всего не всю целиком, а отдельные фразы, поэтические или мелодические.

Бывают очень приставучие отрывки и обрывки песен. Просто нахалы. Отмахиваешься от них, отмахиваешься, а они засядут на глубине, на самом донышке души и посмеиваются: «Попробуй прогони». Что-то происходит при этом в душе. Что-то они с нами делают.

«Нам песня строить и жить помогает». Это то, что песня рассказывает о себе самой. Неужели помогает?

Хорошо помню день, который был будто бы вчера. В том дне я – школьница начальных классов. Мы с папой в лесу. Воздух настоян на хвое, травах, мхе, его можно пить, как целебный напиток. Теплынь. Солнце пробивается сквозь листву, дразня светом уходящего лета. Слезы того и гляди брызнут из моих глаз – ноги болят, еле передвигаются, корзина, полная грибов, оттягивает руку, хочется швырнуть ее подальше.

Папа – майор советской армии – в каких бы мы гарнизонах ни жили, любил делать грибные вылазки километров по десять-пятнадцать. Снисхождения моим физическим силенкам не было. Он не спрашивал, устала я, не устала. Мог замедлить шаг, мог взять мою корзину. Мог вдруг запеть: «Мы ушли, ковыляя во мгле./ Мы к родной подлетаем земле./ Вся команда цела, и машина пришла/ На честном слове и на одном крыле».

Папа пел не очень, так как был человеком немузыкальным. Музыкальным человеком он хотел сделать меня, записав в музыкальную школу. Два часа, полагавшихся офицерам на обед, он посвящал тому, что водил меня на занятия. Я старалась оправдать его доверие. Когда он запевал, я подхватывала его неумелый вокал, выводя мелодию по науке сольфеджио: «Ну дела, ночь была,/ Их объекты разбомбили мы до тла…» Так и двигались к дому, оглашая лесные дали звонким дуэтом. Ноги мои шагали веселее, словно заряжались энергией, взявшейся неведомо откуда, руки крепли, корзина теряла вес, слезы улетучивались. Песня заряжала. Что было тому причиной, слова ли, мелодия, я не задумывалась.

Прошли годы, семейный дуэт поменял состав: про бомбардировщика я пела уже с моей дочерью: «Был озабочен очень/ Воздушный наш народ./ К нам не вернулся ночью/ С бомбежки самолет…» Эффект не заставлял себя ждать. Песня бодрила, прибавляла оптимизма. Как и многие, я считала ее советской. Древняя пластинка с «Бомбардировщиками» хранилась у нас, даже когда исчезли как вид проигрыватели, воспроизводившие грамзаписи. Исполнителем на ней значился Леонид Утесов, папа был поклонником его таланта. Стал бы Утесов петь империалистические песни?

Большим откровением для меня явилась информация о том, что в 1943 году песню о бомбардировщиках написали американцы: композитор Джимми Макхью и поэт Гарольд Адамсон. Вскоре она была переведена на русский язык. Перевод был признан точным к оригиналу, почти дословным. Американские «Бомбардировщики» стали русскими, огромная наша страна напевала про них, как про своих родных.

Стало интересно. Не буду приводить целиком оригинал на английском, достаточно фрагмента.

Comin' in on a wing and a prayer,
Comin' in on a wing and a prayer,
Though there's one motor gone
We can still carry on,
Comin' in on a wing and a prayer.
What a show! What a fight!
Yes, we really hit our target for tonight!
How we sing as we limp through the air,
Look below, there's our field over there,
With our full crew aboard
And our trust in the Lord
We're comin' in on a wing and a prayer.


В практически «дословном» переводе «молитва» заменена на «честное слово», а возвращение на родную землю никак не связано с «доверием к Богу», на которое опирались американские бомбардировщики. Существенная или несущественная замена?

Как возникают песни, для чего они нужны? За долгую земную историю песня прошла столько трансформаций, что и проследить их невозможно. Однако известно изначальное ее назначение. В Библии говорится: «Пойте Богу нашему, пойте; пойте Царю нашему, пойте» (Пс. 46:7). И еще: «Вот, Бог – спасение мое; уповаю на Него, и не боюсь; ибо Господь – сила моя, и пение мое – Господь; и Он был мне во спасение. Пойте Господу, ибо Он соделал великое; да знают это по всей земле» (Ис. 12:2-5). И много других мест Библии ясно показывают, что Господь наделил человека даром пения для благословления, прославления и восхваления Его имени. Только для этого. Человек произвел замену, стал петь о себе и для себя. Существенная замена или несущественная?

Когда-нибудь все мы, «ковыляя во мгле» подлетим к Родной Земле, то есть к Небесной Отчизне. Не исключено, что на одном крыле. Но никак не на «честном слове». Все же правы те бомбардировщики, в песне которых утверждается: долететь на одном крыле можно, если есть молитва и доверие Богу.
Бог - не следящая камера

Надо ли бояться смирения?

В поисках новой памяти. О романе Е. Водолазкина «Чагин»

Подлинный смысл Пасхи

Смерть, которая имела смысл

Во оставление грехов

Почему мы должны верить в еврейского Бога?

Зуб за зуб

Смирение и достоинство

О Дальнем Востоке, Евангелии и фазанах

Как я смогу радоваться в раю, если мои близкие окажутся в аду?

Мокрый храм

Является ли концепция прав человека христианской?

Добродетель незлобия

Почему мы не верим Грабовому и верим Апостолам?

Гедонисты, гностики и христиане — три разных взгляда на сексуальность

Бах остается Бахом

От необитаемого острова до космоса. Лучшие и необычные романы о миссионерстве

Евангелие остаётся истинным

Архитектура чуда. О романе Нади Алексеевой «Полунощница»
  Следующие 20 >>