анонсы статьи
новости
16.5.2016
Патриарх Кирилл призывает сообща остановить эпидемию СПИДа

15.5.2016
Соратник папы считает вопрос о возможности получения женщинами сана диакона противоречивым

14.5.2016
В синагоге Петербурга в Ночь музеев пройдет показ еврейской моды

12.5.2016
Православная церковь выпустила обновленный гид для бездомных

11.5.2016
Третья церковь сожжена за этот год в Танзании

10.5.2016
В Москве собрали более 700 тыс. рублей на организуемый православными детсад для детей с ДЦП

28.4.2016
В Москве раздадут 50 тыс. пасхальных ленточек

27.4.2016
Керри отметил влияние религии на внешнюю политику

29.5.2015
В Москве пройдет лекторий для СМИ, посвященный социальной концепции Русской Православной Церкви

27.5.2014
34-й Съезд евангельских христиан баптистов России
Сакральный Айвазовский

Игорь Попов, Москва

Фрагмент картины
Фрагмент картины "Девятый вал"
С детства живопись для меня была одним из самых притягательных и сакральных видов искусства. Быть может, роль тут играло то, что я не умел рисовать, но всегда хотел выразить свои чувства и мысли через изобразительные средства. Поэтому любимыми музеями в школьные годы были картинные галереи, где я мог дать волю своей фантазии, наделяя живописные полотна звуками, движениями, словами.

И я очень ясно помню тот день, когда мне не нужна была фантазия, чтобы «оживить» картину, на которую смотрел. Это произошло на выставке классика русской живописи Ивана Константина Айвазовского. Первая же картина обрушилась на меня грохотом шторма, криками людей и абсолютно реально ощущаемым запахом моря. Я мог часами смотреть на картины Айвазовского, внимательно изучая детали, вглядываясь в игру света на воде, лица людей. С тех пор, когда меня спрашивали, какая живопись мне нравится, я, не задумываясь, называл лишь одно слово, которое включало в себя все: Айвазовский.

Один из самых выдающихся русских художников армянского происхождения XIX века Иван Константинович Айвазовский (Ованес Айвазян) появился на свет 17 июля 1817 года в Феодосии. Родился он в семье купца Константина (Геворка) и Рипсиме Айвазовских. Священник Армянской церкви города Феодосии сделал запись о том, что у Константина (Геворка) Айвазовского и его жены Рипсиме родился «Ованес, сын Геворка Айвазяна». Предки Айвазовского были из галицийских армян, переселившихся в Галицию из Западной Армении в XVIII веке. Его родственники владели крупной земельной собственностью в районе Львова, однако никаких документов, более точно описывающих происхождение Айвазовского, не сохранилось. Но известно, что Геворк Айвазян и после переселения в Феодосию писал фамилию на польский манер: «Гайвазовский». Сам Айвазовский в своей автобиографии говорит об отце, что тот, ввиду ссоры со своими братьями, в юности переселился из Галиции в Дунайские княжества (Молдавию, Валахию), где занялся торговлей, оттуда в Феодосию. Он знал несколько языков и был примерным прихожанином Армянской церкви, с детства воспитывая своих детей в христианской вере.

В результате начавшейся чумы в 1812 году Константин Айвазян был разорен, но, зная несколько языков, стал заниматься переводами судебных исков и жалоб. Мать была рукодельницей, в трудные для семьи времена ее вышивание не раз спасало их. Иван был младшим пятым ребенком. И уже с 10 лет ему приходилось работать в городской кофейне.

Дом их стоял на окраине Феодосии, на возвышенности, откуда было видно море. Скорее всего, это и определило судьбу будущего художника. Любовь к морю Иван Константинович пронес через всю жизнь. Однажды он взял кусок угля и нарисовал корабль на белой стене дома. Увидев «творение» сына, отец дал ему лист бумаги и карандаш. С тех пор Ованес начал с увлечением рисовать.

С детства мечтал Айвазовский о подвигах народных героев. На склоне лет он писал: «Первые картины, виденные мною, когда во мне разгоралась искра пламенной любви к живописи, были литографии, изображающие подвиги героев в исходе двадцатых годов, сражающихся с турками за освобождение Греции. Впоследствии я узнал, что сочувствие грекам, свергающим турецкое иго, высказывали тогда все поэты Европы: Байрон, Пушкин, Гюго, Ламартин. Мысль об этой великой стране часто посещала меня в виде битв на суше и на море».

Градоправитель Феодосии А. И. Казначеев прослышал о талантливом мальчишке от архитектора Коха, который преподал юному художнику первые уроки мастерства. Однажды Александр Иванович приехал в армянскую слободку посмотреть, правду ли говорят о чудо-ребенке. Словно подгадав к приезду градоначальника, Ованес изобразил стоящего в карауле солдата в полной амуниции, да еще и в натуральную величину, благо, что размер стены дома это позволял. Казначеев не остался равнодушным к судьбе юного таланта: первым делом он подарил Ованесу пачку настоящей рисовальной бумаги и ящик с первыми в его жизни акварельными красками.

После окончания феодосийского уездного училища, Айвазовский был зачислен в симферопольскую гимназию при помощи градоначальника, который в то время уже был поклонником таланта будущего художника. Затем Айвазовский был принят на казенный счет в Императорскую Академию художеств Санкт-Петербурга.

Однако же первым настоящим учителем рисования у Ивана Айвазовского был немецкий колонист художник Иоганн Людвиг Гросс, с чьей легкой руки молодое дарование получил рекомендации в Академию художеств. Айвазовский приехал в Петербург 28 августа 1833 года. В 1835 году за пейзажи «Вид на взморье в окрестностях Петербурга» и «Этюд воздуха над морем» получил серебряную медаль и был определен помощником к модному французскому пейзажисту Филиппу Таннеру, что тоже определило судьбу Ивана Константиновича. В то время француз Таннер был одним из самых известных и популярных живописцев морских видов. Он был учеником О. Берне и главным соперником Гюдена и Мозена, лучших тогдашних маринистов французской школы. Изъездил свое отечество во всех направлениях, посетил Италию и, получив в 1835 году от императора Николая I поручение изобразить важнейшие русские военные порты, провел двадцать лет в России.

Учась у Таннера, Айвазовский, несмотря на запрет последнего работать самостоятельно, продолжал писать пейзажи и выставил пять картин на осенней выставке Академии художеств 1836 года. Работы Айвазовского получили благожелательные отзывы критики. Таннер пожаловался на Айвазовского Николаю I, и по распоряжению царя все картины Айвазовского были сняты с выставки. Художник был прощен лишь через полгода и определен в класс батальной живописи к профессору Александру Ивановичу Зауервейду для занятий морской военной живописью. Проучившись в классе Зауервейда всего несколько месяцев, в сентябре 1837 года Айвазовский получил Большую золотую медаль за картину «Штиль». Это дало ему право на двухлетнюю поездку в Крым и в Европу.

За время двухлетнего пребывания в Крыму Айвазовский написал ряд картин, среди которых были прекрасно исполненные вещи: «Лунная ночь в Гурзуфе» (1839), «Морской берег» (1840) и другие. В 1839 году Айвазовский принял участие как художник в военно-морском походе к берегам Кавказа. На борту военного корабля он познакомился с прославленными русскими флотоводцами: М. П. Лазаревым и героями будущей обороны Севастополя, в те годы молодыми офицерами, В. А. Корниловым, П. С. Нахимовым, В. Н. Истоминым. С ними он сохранил дружественные отношения на протяжении всей жизни. Смелость и отвага, проявленные Айвазовским в боевой обстановке во время десанта в Субаше, вызвали к художнику симпатии среди моряков и соответствующий отклик в Петербурге. Эта операция запечатлена им на картине «Высадка в Субаши».

За границу Айвазовский поехал в 1840 году сложившимся мастером—маринистом. Успех Айвазовскому в Италии и европейскую славу, сопутствовавшую ему во время командировки, принесли романтические морские пейзажи «Буря», «Хаос», «Неаполитанская ночь» и другие. Этот успех был воспринят на родине как заслуженная дань таланту и мастерству художника.

В 1844 году, на два года раньше намеченного срока, Айвазовский вернулся в Россию. Здесь ему за выдающиеся успехи в живописи было присуждено звание академика и поручен «обширный и сложный заказ» — написать все русские военные порты на Балтийском море. Военно-морское ведомство присудило ему почетное звание художника Главного морского штаба с правом ношения адмиралтейского мундира.

В течение зимних месяцев 1844 - 1845 года Айвазовский выполнил правительственный заказ и создал еще ряд прекрасных картин. Весной 1845 года Айвазовский отправился с адмиралом Литке в путешествие к берегам Малой Азии и островам Греческого архипелага. Во время этого плавания он сделал большое количество рисунков карандашом, служивших ему в течение многих лет материалом для создания картин, которые он всегда писал в мастерской. По окончании путешествия Айвазовский задержался в Крыму, приступив к постройке в Феодосии на берегу моря большой художественной мастерской и дома, который с этого времени стал местом его постоянного жительства. И таким образом, несмотря на успех, признание и многочисленные заказы, на стремление императорской фамилии сделать его придворным живописцем, Айвазовский оставил Петербург.

В течение своей долгой жизни Айвазовский совершил ряд путешествий: несколько раз побывал в Италии, Париже и других европейских городах, работал на Кавказе, плавал к берегам Малой Азии, был в Египте, а в конце жизни, в 1898 году, совершил далекое путешествие в Америку. Во время морских плаваний он обогащал свои наблюдения, а в его папках накапливались рисунки. Но где бы ни был Айвазовский, его всегда влекло к родным берегам Черного моря. Жизнь Айвазовского протекала в Феодосии спокойно, без каких-либо ярких событий. Зимой он обычно уезжал в Петербург, где устраивал выставки своих произведений.

Несмотря на замкнутый, уединенный образ жизни в Феодосии, Айвазовский сохранял близость со многими выдающимися деятелями русской культуры, встречаясь с ними в Петербурге и принимая их в своем Феодосийском доме. Во второй половине 1830-х годов в Петербурге Айвазовский сближается с замечательными деятелями русской культуры — К. П. Брюлловым, М. И. Глинкой, В. А. Жуковским, И. А. Крыловым, а во время своего путешествия в Италию в 1840 году он знакомится с Н. В. Гоголем и художником А. А. Ивановым.

Был у Ивана Константиновича и особенно близкий человек, на которого он оказал сильнейшее влияние – это его родной брат Гавриил Айвазовский, который выбрал для себя стезю священнослужителя и, так же как и брат, был личностью интересной и выдающейся. В 13 лет мальчик был отправлен родителями в город Карасубазар для обучения у Минаса Медици. В 1826 году о. Минас отправил Гавриила для получения гуманитарного и богословского образования в Академию мхитаристов на острове святого Лазаря в Венеции. В 1830 году Габриэл Айвазовский был пострижен в монахи, в 1834 году возведен в сан архимандрита с получением звания магистра богословия. В 1837—1847 годах занимал пост секретаря Конгрегации. Также с 1837 года Габриэл Айвазовский получил звание профессора и начал преподавать восточные языки при Академии мхитаристов. В 1843 году основал первый журнал Конгрегации «Базмавеп». Габриэл Айвазовский знал более 15 языков, среди которых были как современные, так и древние, мертвые языки. По возвращении в Феодосию Габриэл вместе с братом Иваном поехали в Москву с целью ознакомления с Лазаревским училищем восточных языков. Осенью того же года они направились в Санкт-Петербург и представили в правительственные органы уже готовый проект и устав будущего национального армянского училища в Феодосии. Образование в учебном заведении давалось на уровне гимназии, то есть общее среднее образование. В училище предусматривался шестилетний курс обучения. С 1858 года оно находилось в съемном помещении, но в 1862 году училище переехало в новое, хорошее двухэтажное каменное здание, где также построили аптеку и больницу.

Иван Айвазовский был последним и самым ярким представителем романтического направления в русской живописи, и эти черты его искусства особенно проявились, когда он писал полные героического пафоса морские баталии - в них была слышна та «музыка боя», без которой батальная картина лишена эмоционального воздействия.

С 1845 года Иван Константинович жил в Феодосии, где на заработанные деньги открыл школу искусств, ставшую впоследствии одним из художественных центров Новороссии, и галерею (1880), стал основоположником Киммерийской школы живописи, был инициатором строительства железной дороги «Феодосия — Джанкой», построенной в 1892 году. Активно занимался делами города, его благоустройством, способствовал процветанию. Интересовался археологией, занимался вопросами охраны памятников Крыма, принимал участие в исследовании более 90 курганов (часть найденных предметов хранится в кладовой Эрмитажа). На свои средства построил новое здание для Феодосийского музея древностей с мемориалом П. С. Котляревского. За заслуги перед археологией избран действительным членом Одесского общества истории и древностей.

Художник умер 2 мая 1900 года в Феодосии, в возрасте восьмидесяти двух лет. Перед самой смертью Айвазовский написал картину, которая называется «Морской залив», а в последний день жизни начал писать картину «Взрыв корабля», которая осталась незаконченной. Иван Айвазовский похоронен в Феодосии, в ограде средневековой армянской церкви Сурб Саркис (Святого Саркиса). В 1903 году вдова художника установила мраморное надгробие в форме саркофага из цельного блока белого мрамора, автором которого является итальянский скульптор Л. Биоджоли. На древнеармянском языке написаны слова армянского историка Мовсеса Хоренаци: «Рожденный смертным, оставил по себе бессмертную память».

Сам художник был глубоко верующим человеком, что еще больше его сближало с братом Гавриилом. Близкое общение со старшим братом не могло не отразиться на творчестве художника. В свое первое посещение Италии, Айвазовский с увлечением знакомится с деятельностью аббатства и его библиотекой. После Венеции и Неаполя художник отправляется в Рим, где в 1841 году открылась художественная выставка, для участия в которой молодой художник пишет несколько картин, в том числе «Хаос». Сюжет картины основан на строках из Библии: «Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою». Всего Айвазовский выставил три свои картины, но «Хаос» был назван «чудом искусства», а Папа Римский, узнав от своих кардиналов о содержании картины, выразил желание увидеть ее. После выставки картина была представлена в Ватикане. Папа Григорий XVI пожелал приобрести это произведение искусства для своей коллекции. Узнав о предложении, Айвазовский отказался принять деньги и просто подарил картину Папе. Тот, приняв подарок, распорядился выставить картину молодого художника рядом с произведениями больших мастеров. После такого внимания Церкви популярность живописца возросла необычайно, и его работы вызвали еще больший интерес публики. К тому же Папа наградил его Золотой медалью – наградой весьма редкой для светских лиц, что повысило его авторитет в среде духовенства. Известие об этом быстро распространилось среди деятелей искусства по всему Риму. Друзья художника накрыли торжественный стол. Присутствовавший тут же Гоголь обратился с речью, полной юмора, к Айвазовскому: «Исполать тебе, Ваня! Пришел ты маленький человек, с берегов Невы в Рим и сразу поднял «Хаос» в Ватикане!» «И ведь что обидно, – закончил свою речь Гоголь, – подними я в Ватикане хаос, мне бы в шею за это дали – писаке, а Ване Айвазовскому дали золотую медаль».

Другая работа Айвазовского на библейскую тему – «Всемирный потоп», также стала значительным событием в творчестве художника. Сейчас есть два варианта этой работы, и оба хранятся в Государственном Русском музее. Еще в январе 1862 года в письме князю Д.И. Долгорукову, Айвазовский писал: «Я в восторге в настоящее время от картины «Всемирный потоп». Я ее почти оканчиваю, и она, смело могу сказать, есть лучшее мое произведение.… А другая будет, когда Ной со своими животными спускается с вершины Арарата». Интересен тот факт, что картина бала впервые показана в Петербурге, на персональной выставке мастера лишь в 1864 году. Те картины, о которых идет речь в письме, до нас не дошли. Обычно его работа над картиной длилась от одного дня до нескольких недель, были случаи, когда мастер писал картины за несколько часов, и они пользовались тем же успехом, что и остальные его произведения, не уступая им качеством исполнения. Спустя всего два года, полотно «Всемирный потоп» уже было представлено на выставке, но это новая картина. При работе над сюжетом этой картины Айвазовский стремился к реалистичности и простоте, понятной для всех, при этом он отходил от принятых канонов в этом жанре. Эта картина нашла широкое признание благодаря глубоким метафорам библейского сюжета и высокому качеству художественного исполнения.

Список картин Айвазовского, посвященных библейским сюжетам, весьма внушительный. Среди них особенно выделяются: « Сотворение мира», созданная в 1864 году, в 1888 году в Неаполе пишется картина «Хождение по водам» (к этому сюжету Айвазовский возвращается неоднократно). На выставке в Москве и Риге, в 1887 году демонстрировалась картина «Хождение Христа по водам», затем подаренная Армянской церкви в родном городе. В 1889 году была написана «Спаситель, ходящий по водам» для Православного Палестинского общества Таганрога. В том же году написано полотно «Сотворение мира. Хаос». «Тайная вечеря» - в 1890. «Крещение» – в 1890. «Апостол Павел» – в 1890. «Богоматерь с младенцем» – в 1891. «Переход евреев через Красное море» - в 1891. Картину «Сошествие Ноя с Арарата», созданную в 1889 году, Айвазовский впервые представил публике в Париже. Когда тамошние армяне спросили художника, есть ли у него армянские виды, Иван Константинович подвел их к этому полотну. «Вот наша Армения», – сказал он. В 1897 году он написал «Моление о чаше».

Иван Константинович неоднократно бывал в Константинополе, где тесно общался с армянской общиной и духовенством этого города. Впоследствии он написал несколько картин на библейские темы для церквей в Турции. К нему также часто обращались и с вопросами о строительстве и благоустройстве храмов. Хотя Айвазовский не был архитектором, он откликался на просьбы и проектировал церковные сооружения. В Крыму по чертежам Айвазовского построено несколько храмов и часовен. В Феодосийской галерее хранятся чертежи одной из Армянских церквей, созданные рукой художника. Он отдал много сил реконструкции одного из древнейших памятников армянской архитектуры – феодосийского храма Святого Саркиса. На общественные средства были произведены реставрационные работы, а художественное оформление церкви осуществил сам Айвазовский. В подарок храму он написал несколько картин на библейские темы, в том числе «Образ Спасителя, молящегося в Гефсиманском саду» (нынешнее местонахождение картины неизвестно).

Айвазовский пережил два поколения художников, а его искусство охватывает огромный отрезок времени — шестьдесят лет творчества. До последнего дня он сохранил не только дарование живописца, но и глубокую веру. И это самое главное отражено в его картинах. Но главное – ни одна репродукция не может отразить даже малой доли того, что ты чувствуешь, когда стоишь перед картиной. Не откажите себе в удовольствии сходить в картинную галерею и убедиться в этом.
 
 
Церковь и творчество

Логическая непоследовательность атеизма

Об отговорках

И на челах людей скорбящих сделай знак

Победить Сэма Голда

Идущие к черту и идущие к Богу

Когда в дверь позвонят

Второй дубль

Вечная новизна

Сила и смирение Рождества

Рождественская лестница. Что нужно для чуда?

Крик растерянности и весть о прощении

Рождественская лестница. Верить, как Бах

Про избрание и ограниченное искупление. В продолжение темы о спасении и спорных вопросах сотериологии

Спасение "на халяву"

Рождественская лестница. Мистерия Рождества

Притворяйся, пока не получится

Почему мы не верим в реинкарнацию?

Между поражением и победой

Бесполезность амулетов
  следующие 20 >>