анонсы статьи
новости
16.5.2016
Патриарх Кирилл призывает сообща остановить эпидемию СПИДа

15.5.2016
Соратник папы считает вопрос о возможности получения женщинами сана диакона противоречивым

14.5.2016
В синагоге Петербурга в Ночь музеев пройдет показ еврейской моды

12.5.2016
Православная церковь выпустила обновленный гид для бездомных

11.5.2016
Третья церковь сожжена за этот год в Танзании

10.5.2016
В Москве собрали более 700 тыс. рублей на организуемый православными детсад для детей с ДЦП

28.4.2016
В Москве раздадут 50 тыс. пасхальных ленточек

27.4.2016
Керри отметил влияние религии на внешнюю политику

29.5.2015
В Москве пройдет лекторий для СМИ, посвященный социальной концепции Русской Православной Церкви

27.5.2014
34-й Съезд евангельских христиан баптистов России
Рождественское поздравление от атеиста

Лев Гринфельд, Санкт-Петербург

На на просторах Интернета я нашел серию интересных видеороликов, где на фоне видеоряда зачитываются размышления Ричарда Фейнмана (The Feynman Series). Ученый размышляет об основных принципах научного подхода и вещах, которые мы обычно с наукой не связываем: о красоте, любопытстве, славе...

Слушать действительно интересно, ведь Ричард Фейнман не просто обладатель Нобелевской премии и один из разработчиков атомной бомбы, он весьма разносторонне-развитый человек. В область его интересов входили не только различные разделы физики, он изучал и микробиологию, был музыкантом и художником, участвовал в психологических экспериментах, даже успел отметился в интерпретации письменности древних Майя...

Несмотря на несомненные достоинства его лекций, то тут, то там чувствовался его скептицизм и критическое отношение к вере и церкви. Но все же решусь привести обширную цитату из его первой лекции, под названием «Красота». Не пытайтесь ее сразу оспорить, попробуйте понять, прочувствовать, что он говорит.

«Видите ли, тут ведь такая штука: я могу жить с сомнениями, неопределенностью и незнанием. Мне кажется, это намного интереснее жить не зная, чем имея ответы, которые могут оказаться неверными. У меня приблизительные ответы, возможные верования, и различная степень уверенности в разных областях, но я ни в чем не уверен абсолютно. И есть множество вещей, о которых я не знаю ничего. Но у меня и не должно быть всех ответов...
Поэтому: я не могу верить в какие-то придуманные истории о нашем месте в огромной Вселенной, ведь они выглядят слишком простыми, слишком связанными, слишком частными, слишком провинциальными.
«Земля... Он пришел на Землю! Одно из проявлений Бога пришло на Землю!» Так говорят нам. Но посмотрите на то, что находится вокруг нас, это непропорционально! В любом случае, я говорю это не для того, чтобы спорить, У меня нет доказательств. Я всего лишь пытаюсь, сказать вам: С научной точки зрения, с точкой зрения доставшейся мне от моего отца: мы должны искать, что является истинным, а что не может быть истинным. Тогда вы начнете сомневаться, а это для меня является одной из основополагающих частей моей души: сомневаться и спрашивать. Когда мы сомневаемся и спрашиваем, верить становится несколько сложнее».


Слушая его выступление я понял, что эти размышления очень близки мне. Я могу подписаться почти под каждым словом. Меня, также как и Ричарда удивляют и пугают люди, у которых есть все ответы. Мне также как и ему близки и даже дороги сомнения. Мне проще пребывать в неведении, признавая, что есть области о которых у меня нет представления, чем убежденно настаивать на том, в чем в глубине души я сомневаюсь. Мне с детства нравились точные науки, и подобный подход я воспринимаю как естественный, правильный. Более того, я понимаю, что в области веры подобного подхода нужно придерживаться еще более строго, ведь цена ошибки здесь значительно больше!

Я признаю, что также как и физикам в их науке, мне не все понятно в вере, в Писании. Я признаю, что у меня, также как и у ученых физиков, возникают сомнения. Но в ответ на сомнение ученый не откидывает прочь всю теорию, а начинает экспериментировать. Он проверяет каждый её элемент и вносит соответствующие коррективы. В некоторых случаях он приходит к выводам, которые не совместимы друг с другом в рамках привычной нам логики (таковы многие законы квантовой физики), но честный ученый не вправе отвергнуть ни один из них, он скорее признает, что та логика, которой он пользовался до сих пор, уже не действует, чем начнет подстраивать результаты эксперимента под существующую схему.

Моё путешествие в вере началось со скепсиса и сомнений, и начало отношений с Богом больше походило на научный эксперимент с непредсказуемыми результатами. Не все получилось с первого раза. В буквальном смысле этого слова... я как минимум 3 раза молился молитвой покаяния, и смотрел, чем все завершится. Мне было важно понять: «Действует ли вера?», «Если да, то в чем?», «Если нет, то почему?»

Эксперименты в моей вере продолжаются и сейчас. Они стали даже более смелыми. Я получил эту смелость от библейских героев, которые высказывали свои сомнения Богу открыто. Давид, Иеремия, Иов, Аввакум... они и еще многие другие герои плакали и страдали от того, что Бог не вписывался в ту схему, которая была ими ранее построена. Но потом им хватало смирения принять результаты. Они, подобно честному ученому изменяли свое представление о Всевышнем, о Его работе в этом мире.

Подобного научного подхода не хватает нам всем: и верующим и неверующим. Мы выстраиваем схемы, и не готовы отказаться от них. Мы бьёмся друг с другом сражаемся за то, чья схема правильнее. Но насколько редко мы признаем, что можем ошибаться. И чем взрослее, опытней мы становимся, тем сложнее бывает отказаться от того, что долгое время считали истиной.

Именно это и произошло 2000 лет назад, когда Христос пришел в мир. У религиозных лидеров была создана схема, которая объясняла, что и как должно произойти. Где должен родиться Мессия. Что он должен сделать здесь на Земле. Что должно измениться с Его приходом. И когда воплощение произошло, то оно не соответствовало их ожиданиям. Мало кому хватило смелости отказаться от своих схем.

Никодим осторожно ночью пришел к Иисусу и тихонько признался: «мы знаем, что Ты учитель, пришедший от Бога!». Мы читаем, что он боялся других фарисеев и членов синедриона, но, я думаю, не менее сложно ему было признаться в этом перед самим собой: «То, что я думал о Мессии ранее — не подтвердилось!»

Ричард Фейнман говорит о том, насколько нелепым является воплощение Бога — Творца всей Вселенной, в образ бренного человека. Его смущает диспропорциональность величины события и масштабов нашей маленькой Земли. И я готов согласиться с ним. События Рождества действительно нелепы!

Наша Земля — одна из небольших планет Солнечной системы. Ее сложно рассмотреть даже на фоне таких планет, как Юпитер и Сатурн, а уж рядом с Солнцем она и вовсе теряется. Теперь представьте, что вся Солнечная система с крохотной землей является незначительной частицей в галактике Млечный Путь. Чтобы представить ее размеры посмотрите на звездное небо. Если вдруг вам удастся увидеть рождение новой звезды возникшей на окраине нашей Галактики (что весьма затруднительно без специальных приборов, и нескольких тысяч лет для наблюдений), то, необходимо помнить, что эта вспышка произошла несколько десятков тысяч лет назад, и только сейчас свет смог добраться до вас! Но и Млечный путь, в свою очередь, лишь одна из многих миллиардов и даже триллионов галактик. Расстояние до ближайших соседей меряется миллионами световых лет! С нынешними приборами нам уже удалось увидеть вселенную на расстоянии 14 миллиардов световых лет... Нам даже сложно представить такие масштабы!

И вот оказывается Творцу всего этого огромного мира есть дело до нашей пылинки. Более того, Ему есть дело до биологического вида Homo Sapiens, который на ней обитает. Он стал одним из нас — Он воплотился!

Когда я задумываюсь об этом, то вместе с Ричардом Фейнманом говорю: «это как-то непропорционально!» Божьи масштабы не совместимы с событиями Рождественской ночи! Его не может и не должна касаться судьба каких-то существ с потерянной точки. Более того, хотя библейские авторы и не имели представления о масштабах вселенной, они догадывались о масштабах Бога, и поэтому Боговоплощение было для них настолько же непропорциональным, как и для Фейнмана.

Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; 7 но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек (Фил.2:6,7).

Я, человек знакомый с богословием и библейскими книгами, готов признать эту непропорциональность вместе с апостолом. А небольшие знания астрономии позволяют мне увидеть эту непропорциональность вместе с ученым. Но результаты моего личного эксперимента убеждают в том, что, несмотря на эту непропорциональность, ОН здесь, и Ему есть дело до меня и моих проблем! И я вынужден скорее пересмотреть свою теорию, чем отказаться от результатов.

В отличие от физики, в вопросах веры не так много доказательств, обязательных для всех. Опыт, через который я прошел в своей жизни, может не являться доказательством для других! Поэтому все что я могу предложить: это ставить свои эксперименты. Живите ими, проверяйте, сомневайтесь и изумляйтесь результатам, даже если они будут отличаться от первоначальных ожиданий!

«Земля... Он пришел на Землю! Одно из проявлений Бога пришло на Землю!» Так говорят нам. Но посмотрите на то, что находится вокруг нас, это непропорционально!»
О «психологических» объяснениях веры в Бога

Люди равны, а религии нет

Два подхода к религии

Ключи от рая

Галилей, Докинз и происхождение разума

Неизбежность соблазнов

«Конфликт науки и религии» — как настолько ложный тезис может быть так популярен?

О невозможности потерять веру

Самая непопулярная заповедь

Материализм и вера без доказательств

О заповеди «не лжесвидетельствуй»

Вознесение Господне

Важнее всего мира

От идолов к Богу живому

У нас есть, кому повиноваться

Мы куплены

Христианская догматика и Нагорная проповедь

Конец света – ужас или надежда?

К Богу живому от идолов

Не в наших руках
  Следующие 20 >>